БЕРТАЛАН ФАРКАШ

ЗНАМЕНИТЫЕ ВЕНГРЫ

12 апреля 2009 года исполняется 48 лет со дня полёта в космос первого человека, которым стал советский майор Ю. А. Гагарин. В преддверие Всемирного дня авиации и космонавтики, празднущегося в этот день, я встретилась в первым венгерским космонавтом, героем Советского Союза, героем Венгерской Народной Республики, генералом Берталаном Фаркашем (Farkas Bertalan).

– Среди моряков бытует мнение, что те из них, кто проплавал меньше 5 лет, могут вернуться к жизни на земле, а те, кто больше – плавают до тех пор, пока позволяет здоровье. А легко ли лётчикам и космонавтам возвращаться с небес на землю?

У нас очень строгие требования по состоянию здоровья, поэтому и я вот уже 11 лет, как списан. Да и после полёта в космос мне уже не очень-то разрешали летать, говорили, мол, ты – народное достояние (смеётся – прим. автора). Но, конечно, летать очень хочется, даже в качестве пассажира.

– В вашей биографии указано, что, подростком, вы занимались в Клубе венгерского оборонного союза (какcоветский ДОСААФ). Именно тогда ваша судьба стала связана с небом?

Начать надо с того, что в детстве я никогда не хотел стать ни лётчиком, ни космонавтом – я мечтал быть футболистом! Но сосед по парте, мечтавший стать лётчиком-истребителем, уговорил меня попробовать вместе с ним поступать в Авиационный институт. Для этого необходимо было пройти отборочные медосмотры, первый из которых был в Ньиредьхазе. Его мы оба прошли успешно, а вот второй, в Кечкемете, более строгий, друг, к сожалению, не прошёл, а я – да. Конечно, для меня, тогда 16-летнего, это было что-то фантастическое, ведь самолёт до этого я видел только по телевидению! После этого нас, человек 25-30 со всей Венгрии, прошедших отбор, пригласили в Бекешчаба, рядом с которым был маленький спортивный аэродром. Там начались курсы, для начала – по теории управления, навигации и т.п. И смешно получилось – прав на вождение автомобиля у меня ещё не было, но на управление самолётом – уже да!

После окончания курсов нашу группу ожидал ещё один отбор, после которого оставшиеся в ней 12 человек стали курсантами Авиационного института в Солноке. Здесь я проучился 2 года, после чего продолжил учёбу в Советском Союзе.

– Всю вашу группу послали туда или был какой-то специальный отбор?

Нет, нас отбирали, учёбу в Краснодаре продолжили 10 человек, которые через 3 года, после окончания авиаучилища, получили специальность лётчиков-истребителей и вернулись в Венгрию, в город Папа. Там я служил в рядах венгерской армии 6 лет.

– Меня всегда занимал вопрос о том, есть ли у людей, профессии которых связаны с огромным риском, чувство страха?

Я считаю, что у каждого нормального человека должно быть чувство страха. Но к нему привыкаешь. Любой лётчик на время полёта должен выбросить из головы все глупости и сконцентрироваться на полёте. Со мной, слава Богу, никогда ничего серьёзного в плане ошибок управления приборами, не было. И катапультировался я, в основном, во время тренировок на земле. Вообще, у лётчиков есть нелюбовь к прыжкам с парашютом, они считают, что пока двигатель работает, самолётом нужно управлять.

– Вы прекрасно владеете русским языком. А умели ли вы разговаривать тогда, когда вас впервые направили в СССР?

Конечно, я немного разговаривал, но бегло начал говорить через несколько месяцев, ведь это знание приходит с практикой. У нас здорово получилось: мы познакомились с русскими девушками, которые научили нас красивому языку. Ведь это совсем не тот язык, который был в учебниках.

– Многие венгры после учёбы или работы в Советском Союзе привозили оттуда русских жён.

Я вернулся один, хотя любовь была, мы с этой девушкой одно время переписывались, но потом я встретил здесь свою будущую жену Анико и всё прекратилось.

– Когда вы приняли такое серьёзное решение как участие в объявленном наборе кандидатов в космонавты на совместный советско-венгерский полёт, у вас уже была семья?

Да, и с этим связана интересная история. В Венгрии тогда было 200-250 лётчиков-истребителей (участвовать могли только они), из которых заявок подали больше 100, после отбора нас осталось 30. Конкурс объявили в июне 77 года, а в мае у меня родилась дочь. Вечером, после подачи заявки, я пришёл домой и спросил жену: «А нет ли у нас бутылочки шампанского?». «Есть» – ответила она. «Давай откроем». «Давай». Выпили по бокалу. Жена насторожилась и спросила, куда я собираюсь, ведь военный лётчик – профессия непростая, могут послать куда угодно. «Расскажу, но сначала давай выпьем ещё по бокальчику». Выпили, и тогда я рассказал. Жена молча взяла меня за руку, завела в соседнюю комнату, указала на спящую малышку и сказала: «Этой девочке нужен отец, а не какой-то там космонавт!». В общем, был семейный скандал, но я всё время уверял жену, что это просто попытка, что всё равно меня не возьмут.

– А вы сами верили?

Скажу лишь, что всем, кто подал заявки, этого очень хотелось! Было несколько медкомиссий, каждый раз, по возвращению, жена с надеждой спрашивала: «Ну что, списали?»… Даже когда нас, претендентов, осталось четверо, и мы получили приглашение ехать в Звёздный городок, я всё ещё уговаривал её не переживать, что мне надо идти до конца, но я останусь на земле. Но итоге основной парой стали мы с Валерием Кубасовым, а нашими дублёрами – Мадьяри и Джанибеков.

Мы с Кубасовым очень подружились. Он был опытным космонавтом, не первый раз летавшим в космос, и характер у него крутой, поэтому для меня наибольшей похвалой из его уст стали слова о том, что со мной он бы полетел ещё раз! Это дорого стоит! Не меньше, чем звание Героя Советского Союза! Мы и сегодня поддерживаем отношения.

– Конечно, о вашем полёте c 26 мая по 3 июня 1980 года, работе на орбитальной станции «Салют-6» вместе с Поповым и Рюминым, о возвращении, когда во время приземления у «Союз-35» произошел отказ двигателей мягкой посадки, можно найти данные. А я хочу спросить о ваших ощущениях, размышлениях, которые посещали вас тогда, там…

Когда смотришь на Землю из космоса, то чувствуешь себя чуть ли не богом, гордишься человечеством, которое создало возможность быть и жить там, где это казалось невозможным. Но потом, когда смотришь в другую сторону, во Вселенную, в Галактику, чувствуешь себя мизером, точечкой. Всё-таки Вселенная – очень-очень сложная штука, вызывает множество вопросов. И чем больше знает человек, тем больше вопросов возникает. Но эти знания могут дать решение глобальных вопросов по охране окружающей среды. Ведь полученные из космоса данные о Земле очень точны и ценны!

– Я читала, что вы занимались этими вопросами.

Да, я получил ещё одно образование, окончил Политехнический университет, занимался вопросами обработки как раз таких данных для охраны окружающей среды.

К сожалению, люди, бегущие только за деньгами, делают слишком много ошибок, причём и на уровне правительств. Но ведь если так же стремительно будут развиваться климатические изменения, то будет абсолютно всё-равно то, сколько денег у кого на счету. Я полностью согласен с теми, кто любыми способами хочеть сберечь нашу планету. Она очень хрупкая, чувствительная, надо сделать всё, чтобы и через 500 лет на ней могли жить люди. Именно поэтому я создал международный фонд «Космос ради будущего Земли», единственный в своём роде!

Из устава Международного Фонда подготовки научных кадров и руководителей органов государственного управления «Космос ради будущего Земли»:

«[…]1. Путём создания Международного института подготовки научных кадров и руководителей[…] создать научную систему нового типа (с центром в Венгрии, но охватывающего научно-исследовательские институты других стран).

2. Обеспечить молодёжи Европейского Союза возможность для […] учебной подготовки в странах, не входящих в ЕС, а молодёжи из других стран – в ЕС. Создать систему подготовки топ-менеджеров высшего и среднего звена органов государственного управления.

3. Создать тесно связанную с высшим образованием мультипредметную исследовательскую работу – в области международного права, политики, безопасности, экологии, энергетической и экономической политики, а также глобальных рисков и вызовов, высоких технологий (с поддержкой конкурсов и дригих стипендий).
4. […] Создать Международный научный информационный банк. […]»

Раньше люди старались сделать всё для того, чтобы выйти в космос. А теперь, думаю, надо применить все те преимущества, которые может дать нам космос, для того, чтобы сохранить будущее Земли!

Журналист: Элина Ковач
Архив: журнал “Венгрия”- апрель 2009

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий